верба

Отправить ссылку другу

Делай, что должно, и будь, что будет.

Календарь

« Ноябрь 2014  
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

164 вопрос дня   168 вопрос дня   170 вопрос дня   174 вопрос дня   175 вопрос дня   181 вопрос дня   182 вопрос дня   186 вопрос дня   191 вопрос дня   195 вопрос дня   196 вопрос дня   197 вопрос дня   198 вопрос дня   204 вопрос дня   206 вопрос дня   209 вопрос дня   210 вопрос дня   221 вопрос дня   227 вопрос дня   231 вопрос дня   237 вопрос дня   238 вопрос дня   249 вопрос дня   267 вопрос дня   292 вопрос дня   312 вопрос дня   323 вопрос дня   361 вопрос дня   382 вопрос дня   460 вопрос дня   489 вопрос дня   492 вопрос дня   495 вопрос дня   500 вопрос дня   614 вопрос дня   769 вопрос дня   вера молитва чудо   весна   Весна надежда земля цветы красота   война   Высоцкий стихи   дружба   жена и любовница   женщина   жизнь   зима весна снег чудо   измена   интернет любовь жена   Ирония судьбы   кино   кошки   лето цветы красота   любовь   любовь и предательство   любовь песни шансон смерть   любовь семья муж жена предательство   любовь счастье охрененное   люди   люди звери человек общество тоска   мужчина   музыка   мыши люди война   общество   одиночество   одиночество женщина хрень какая-то   ОЛИГАРХИ   Оскар кино звезды Голливуд   отдых жизнь эх!   отношения   отношения любовь люди   память   песни шансон   праздник любовь грусть   природа жизнь люди и мыши   путешествие юмор блат очередь регистрация   работа   разве это жизнь?   ревность   родители дети любовь   родители дети любовь смерть   свой почерк   своочь   святотатство   святыня   семья   смерть   стихи поэт любовь   счастье красота и т.д.   тест   траур взрыв Тольятти   Тюльпаны   фальшивка   фигня   фИНАНСОВЫЙ КРИЗИС   Футбол победа   характер личность тест   человек   ЧИНОВНИКИ   юмор   ёклмн  

20 Января 2014 в 15:36

Вот возьму и приснюсь!

 Труба в ванной опять подвела меня. Я уже заметила: трубы меня не любят. В моем присутствии они норовят протечь, лопнуть. Одна даже  плевалась кипятком. Но дворник Фидель, которого все во дворе за глаза называли кубинцем,   вовремя ее обезопасил. Кубинец -  улыбчивый рыжий толстяк, глазки щелочки - на самом деле уродился чистокровным татарином, прижился в нашем дворе давно и даже стал любимцем всех окрестных старушек и одиноких женщин. Таких, как я. Он мог починить все! Начиная от стиральной машины с крутой электроникой, заканчивая подтекающим краном. И денег за ремонт не брал! Но охотно принимал угощение.  Что не съедал сам, относил дворовым собакам Потьке и Мотьке. А к его истовой набожности все привыкли, и уже не удивлялись, если вдруг в разгар работы Фидель  откладывал фен или очередную мясорубку в сторону,   снимал бархатную зеленую жилетку, аккуратно раскладывал ее на полу, опускался на колени и начинал молиться. И ничто не могло его отвлечь от общения со своим Богом. Ни гром, ни молния, ни участковый. 

На мое счастье труба взбесилась, когда Фидель уже  совершил намаз, поэтому на мои вопли  с балкона о помощи  Фидель отозвался сразу. Хватаясь за сердце, он вскарабкался   на четвертый этаж на счет три. И долго потом не мог отдышаться. Еще потом он лежал в ванной на боку и сердито бормоча, что-то вытягивал, выкручивал, а затем закручивал. Ополоумевшая труба пришла в себя, кипяток укротили, и  я опять почувствовала радость жизни. 

И вот же несчастье! В тот день, о котором я хочу рассказать, опять потекла труба. Но я пребывала в счастливом неведении, потому  что на этот раз никто не плевался кипятком, не фонтанировал в стенку. Вода коварно изливалась в щель в полу, пока  я торчала в Агенте ,   и по закону то ли физики, то ли подлости пролилась к соседу снизу.  

Сосед в нижней квартире появился неожиданно. Оркестр по этому поводу не выставляли, красную дорожу не стелили, телевидение не приглашали. Поэтому его вселение в наш дом прошло незаметно. Для меня, по крайней мере. И когда в дверь забарабанили, я решила, что это Фидель. Я просила его зайти  посмотреть заснувший  электромассажер.  Но за дверью стоял  незнакомый мужчина. Мужчины редко стучатся в мою дверь. Фидель не в счет.  А если честно, моя дверь заинтересовала мужчину только однажды в жизни. Он попытался вскрыть ее ломиком или как там называется воровской инструмент?  Но бдительный Фидель не растерялся. Он как раз на нашем четвертом этаже соседке кофемолку ремонтировал. Этой кофемолокой он  и успокоил воришку. А потом вызвал милицию.
 
И вот событие - мужчина! И ко мне! Но лучше бы он вообще не стучался. Радость оказалась нечаянной. И никакой. Ну, просто не за что глазу зацепиться, разве что за очки. Кстати, дорогие, в тонкой оправе. Про таких невзрачных моя мама говорит: без слез не взглянешь.   И вот это Не-Понятно-Что смотрело на меня поверх стильных очков  с  явно читаемым отвращением.  Подумать только!  Я оскорбилась и мельком глянула на себя в зеркало. Что же ему так не понравилось?  Бигуди? Ну, не успела повязать платок. Так, и гостей, я, между прочим, не ждала. Не накрашена? И что теперь? Паранджу надеть? Или халат ему мой не понравился?  Халат, конечно, не от Глории Вандербильт, а от швейного цеха № 7/2 нашей фабрики ( так было написано на этикетке). Теплый байковый халат практичной серенькой с коричневыми разводами расцветки. Вечный, между прочим, халат! И вообще, чего надо?

Оказывается, я его затопила. Ну, почему, почему мне сегодня приснились тараканы? Ведь чувствовала, что к неприятным хлопотам. И вот на тебе сюрпризец! Сосед меж тем  требовал пустить его в ванную. И немедленно! Да пожалуйста! Я распахнула дверь ванной - на полу ни капли. Ну просто великая сушь.Замечу, что мужчины, которые смотрят на меня, как на таракана, совершенно мне безразличны.  Поэтому я злорадно ухмыльнулась:

- Под ванной смотреть будете?

Думала, что эта очковая зануда откажется. Черта с два! Полез! Фонарик зубами зажал, словно киношный американский полицейский. А носок на пятке протерся. Да уж! Чего тогда важничать? Самое смешное, что и под ванной воды не было. Но сосед все равно потребовал, чтобы я пригласила слесаря и проверила трубы. Ага! Щас!  Но зануда не унимался, он так сердился, так гневался, щечки раскраснелись, и  мне показалось - очки на его носу вот-вот вспыхнут.

- Хорошо, хорошо! Если вы так настаиваете, я позову Фиделя.

- Да  мне плевать! Хоть Папу Римского!

- А он причем? 

- А Фидель причем?

- Фидель - это наш дворник, а по совместительству сантехник. Он татарин. По-татарски Фидель, значит, надежный. 

Сосед посмотрел на меня странным взглядом, поправил очочки, сползшие на кончик носа, развернулся молча и ушел.

Я вернулась к компьютеру. Слегка разочарованная. Конечно, опыт общения с таким экземпляром может разочаровать в сильной половине человечества любую женщину.  И я бы непременно разочаровалась! Но радуйтесь мужчины! И живите себе, живите с кем хотите и где хотите, стучите в любые двери. Хоть головой! Мне все равно! У меня есть Володя! Володечка!  Самый лучший мужчина в мире!
Конвертик в углу экрана замигал. Володечка появился! 

- Мариш! Как хорошо, что ты у меня есть!  Вот такая вот!

- Какая? - немедленно отстукала я, предвкушая продолжение комплимента.

- Нежная, добрая. Словом, настоящая! Если бы не ты, я бы просто разочаровался в вашей женской братии.

- Ну, если женской, тогда уж сестрии, а не братии. 

- Представляешь, сейчас имел "удовольствие" пообщаться с противной бабой. Слушай,   это катастрофа!

- Расскажи! 

-Да ну ее! Даже не хочу вспоминать! Бррр! Мегера. А страшна, как смертный грех.

- Ну, не всем же быть красавишнами.

Меня распирает от гордости. И поэтому я снисходительна к неизвестной мне  страхолюдной мегере, на фоне которой я кажусь Володе ангелом. Я даже готова ее пожалеть, бедняжку.

Мы познакомились с Володей в интернете с месяц назад. Я тогда только что установила у себя новую версию Агента и решила начать новую жизнь. Хватит мотаться по аське, жизнерадостно лопотать с престарелым арабским шейхом о его гареме, учить  туповатого австралийского менеджера готовить борщ, выслушивать сальные комплименты  итальянского электрика, пучеглазого здоровяка, красовавшегося на фотографии в одних плавках. Специально, должно быть, надел  размера на три меньше. Еще то зрелище! И ведь всерьез, наверное, думает, что дамы впадают в  восхищенное оцепенение при виде его выпрыгивающего из плавок достоинства. Электрик неплохо шпарил по-русски.  Он  сразу потребовал, чтобы я установила видеокамеру и поинтересовался, как я отношусь к виртуальному сексу.  Интересно, думаю, как секс может быть виртуальным?  И меня одолело любопытство.
 
Вспомнился некстати американский фильм "Кокон". Там инопланетянка с американским мачо тоже занималась сексом  на расстоянии. В бассейне. Мачо в одном конце бассейна, она - напротив. Инопланетянка тогда вся как-то встопорщилась и  излучила из себя сгусток энергии, который, как взбесившийся солнечный зайчик, начал мотаться под потолком,   молотиться об стены, как снаряд  пролетать со свистом мимо уха. Наверное, так, по мнению режиссера,   выглядит инопланетная страсть. Бедный мачо уже готов был нырнуть в бассейн, но тут страсть настигла его, как камень из пращи. Мачо дрогнул и отключился с идиотской улыбкой. Вот такой вот космический секс. Может, виртуальный секс сродни инопланетному? А вдруг технический прогресс, пока я тут с водопроводными трубами воюю, уже достиг космических высот? Тем более партнер - электрик. 

Я представила, как из экрана монитора вырывается комок электрической итальянской страсти, мечется по комнате, прожигая шторы и ковер и впивается в меня, как  дикая кошка.  Что будет дальше, мое воображение отказывалось воображать. Но ведь мачо улыбался  дурацкой улыбкой,   изображая неземное наслаждение.  Может,   попробовать? Ну, чем я рискую? Вроде ничем. А вдруг - это что-то из ряда вон, а я еще не в курсе? И я рискнула. 

Бог мой! К первому виртуальному совокуплению я готовилась, как к свадьбе. Прическа, макияж, черное кружевное белье, французские духи. Свет еще не видывал такой дуры. Сижу я перед монитором, и чувствую себя  шлюхой за стеклом в квартале красных фонарей в Амстердаме.  Жду. Волнуюсь. Когда же страсть начнет вскипать.  А  электрик тупо начал расказывать, что он собирается со мной делать. Мама дорогая!  Ничего более тошнотворного я в своей жизни не испытывала. Я представила, как на том конце света, в городе Турине, сидит перед экраном голый пузатый мужик и, потея от возбуждения,   одной рукой тычет пальцами в клавиши, а другой подбадривает свое  достоинство. Меня разобрал истерический смех. И я послала любителя виртуального секса к черту. К черту!  Еще не хватало, чтобы сексуально озабоченный туринский электрик использовал меня, как конский возбудитель. Обойдется! 

После случая с электриком я решила вернуться на родину, причем, именно в свой город. Поисковик Агента выдал мне с десяток кандидатов. Предложение пообщаться  я на всякий случай послала всем. Словно бредень забросила. И села на бережку ждать улова.  И все- заразы!  - отмолчались!  Отозвался только Володя. Причем так остроумно. Я еще тогда подумала: судьба!  Наш разговор я даже скопировала и сохранила. Так мне понравилось его нестандартное чувство юмора. Судите сами:

Я. Познакомимся?

Он. Владимир.

Я.  Марина. Где вы работаете?

Он. Я бомж. 

Я. Рада за наше правительство. Уровень благосостояния бомжей значительно вырос. А компьютер в сеть вы включаете в канализационной трубе?

Он. Почти. В подвале. 

Я.  Как же вы зарабатываете на жизнь?

Он. Прошу милостыню, а когда плохо подают - ворую.

Я. Комп вам кинул в шляпу добрый самаритянин?

Он.Не угадали. Я его украл. Вот сейчас чайку попью - и опять на дело.

Я. А меня чаем угостите?

Он. Из консервной банки будете? У меня тут в подвале чашек нет.

Я. Буду. Я люблю экстрим.

Оказывается,   всех женщин, стучавшихся к нему с предложением познакомиться, Володя  проверял на бомжа, как на вшивость. Испытывал. Хотел понять, он им нужен, или  его кошелек.  Представляете?  И ни одна барышня испытания не выдержала.  Услышав про бомжа, отключались сразу же.  Все!  Экзамен сдала только я. 

Мне кажется, я влюбилась в него сразу. В первый же вечер. Еще когда пыталась на фотке-аватарке под  черной, как у Боярского, шляпой  разглядеть лицо.  Я любовалась мужественным очертанием подбородка,   твердым рисунком губ - не толстых и не тонких. Настоящих. Мужских.  К сожалению, поля скрывали бОльшую часть лица, и я фантазировала, дорисовывала серые глаза с чуть усталым прищуром, как у Ричарда Гира. Тонкий породистый нос, как у Бреда Пита,   высокий умный лоб, как у  Бандероса.  Мне нравилось в нем все, но больше всего: его основательность, внимание к мелочам. Он интересовался, что у меня на завтрак,   как я добираюсь на работу, надела ли я теплую куртку, потому что на улице ветрено, взяла ли с собой зонт?  Он подробно расспрашивал меня о работе, о сотрудниках, с кем дружу, с кем не очень.  Если бы на работу я добиралась не трамваем, а верхом, он, мне думается, с таким же вниманием расспрашивал, сколько овса я задала коню с утра, с аппетитом ли тот поел?  Не страдал ли животом? Никто никогда не интересовался моей жизнью так детально, в таких подробностях.  Никому в целом свете, кроме мамы, не было до меня дела. И вдруг он! Такой! Ну как же я могла не влюбиться?  И даже розочку-смайлик он присылал не просто так, а  всегда добавлял:

- Если цветок долетит, не забудь  поставить в вазу.

 Мы болтали обо всем на свете, и не надоедали друг другу. Мы часами обсуждали любимые фильмы. Оказывается, мы одинаково считали Раневскую гениальнейшей актрисой века, терпеть не могли фильм "Сибирский цирюльник", обожали чардаш Монти в исполнении Зинчука и картошку тушеную со свининой. 
 
Конечно, свинина с картошкой в качестве пищи более подходит портовым грузчикам, которые бегают по сходням с тяжелыми мешками.  Современные стильные девушки должны презирать свинину с картошкой и томно  сгрызать по капустному  листику на завтрак. А уж про обед и ужин  говорить нечего! Слово "ужин" из словаря современных стильных девушек вообще вычеркнуто черным фломастером. 

Конечно, на первом свидании хотелось предстать перед Володей стройной газелью. Эфемерной, как подиумная красотка Наталья Водянова. Но я представляла шкворчащую сковороду с золотистыми стружками картофеля и поджаристыми  свиными ребрышками - и  стройная газель, цокая копытцами, грустно уплеталась в  мечты к барышням, стойко хрустящим капустными листочками. А на  ее место робко втискивалась другая. Тоже газель, но с более пышными формами. Кто сказал, что газели должны быть  обязательно тощими? Я представляла, как мы с Володей сидим рядышком в моей кухне за круглым обеденным столом. Плечом к плечу. И  едим  картошку прямо со сковороды. Вкусный чесночный дух витает над  нами,   сочная румяная картошка тает во рту. Володя подбирает кусочком хлеба  густой ароматный соус, мы по очереди кусаем этот пропитавшийся соусом хлеб, и целуемся, целуемся. 

Опять барабанят в дверь!  Теряя тапки, я бегу на стук. Надо же! Опять сосед! 

- Вы что решили приударить за мной?

- С чего вы взяли? - возмущенно вскидывается сосед.

- А чего ж вы тогда ко мне таскаетесь каждые пять минут?

- Сто лет вы мне нужны! Но у вас же опять течет!

- У меня сухо, как в аду на сковородке.

- Или вы вызываете слесаря, или я вызываю участкового.

Я захлопываю дверь перед его носом и прислушиваюсь к шагам на лестнице. Ушел! Ну и тип! Я возвращаюсь в комнату. Настроение испорчено окончательно.  Как это он сказал? "Сто лет вы мне нужны!" Собака страшная! Как он посмел так говорить обо мне. А сам-то, сам-то он  кому-нибудь нужен? Чучело в дырявых носках. Я  выхожу на балкон в надежде увидеть Фиделя и маякнуть ему, чтобы зашел. Но двор пуст.  
Вернувшись за компьютер, я с нежностью рассматриваю фотографию Володи. Черная шляпа мне совершенно не мешает. Славный мой! Нежный, ласковый.  Вчера, когда мы расставались, он пожелал мне спокойной ночи  и попросил: "Приснись мне, пожалуйста!" А я подумала, как же  я ему приснюсь, если на фотографии  мое лицо закрывают волосы? Подружка сфотографировала меня  на берегу моря.  Я  обернулась на крики чаек, волосы облепили лицо, объектив выхватил именно этот момент. Забавная получилась фотка. Вроде и видно лицо и не видно. Но вчера я остро пожалела, что не выставила  в Агент нормальную фотографию. Надо обязательно сделать это сегодня же.  

Рядом с Володиной фоткой засветилась зеленая ракушка. 

- Радость моя, ты здесь?

- Я здесь, Володечка!

- Слушай, я сейчас пойду к мегере предъявлять ультиматум. Напомни мне, плииз,   фразу Раневской о дерьме и повидле. Собираюсь подавить ее мощью своего интеллекта. Это чучело небось и о Раневской слыхом не слыхивала. 

Я быстро отстучала текст одного из любимых нами высказываний Фаины Георгиевны:  "Вы знаете, милочка, что такое  говно? Так оно по сравнению с моей жизнью - повидло."  

Подумала-подумала и, набравшись смелости, пригласила Володечку в гости.

- Слушай, я потушила картошку. С ребрышками, как ты любишь. Давай съедим ее вдвоем!

- Мариш, ты прелесть! Я как раз именно сегодня такой голодный! Весь день собачусь с соседкой и торчу в ванной. Наблюдаю за процессом. В холодильнике мышь повесилась. В магазин идти неохота. А тут еще эта сволочь меня заливает, а квартира не моя, я ее снимаю. Хозяйка просто озвереет. Еще заставит ремонт делать. Настроение- вешайся! Нет, я точно сейчас поднимусь и удушу эту заразу. 

- А Раневская-то  чем поможет тебе в борьбе с заразой?

- А я скажу ей: "Знаешь ли ты, мышь потная, что такое говно? Так вот, если ты не отремонтируешь трубу,   говно по сравнению с твоей жизнью покажется тебе повидлом!"

Я хохотала до слез, представляя, как вытянется лицо заразы-соседки.

- Володечка, так ты придешь? 

- Чтобы я да отказался от такого царского предложения? Ни в жизнь!  Когда разрешается прибыть?

- Через  час. Только хлеба купи, пожалуйста!

- И хлеб куплю, и цветы, и вино! Какое предпочитаете?

- Шампанского  хочу!

-Будет исполнено!  Адрес, синьора! Где расположен ваш замок?

Я назвала адрес,   хотела объяснить, как не заблудиться во дворе, но зеленая ракушка  на мониторе покраснела. Должно быть, отключился интернет.  Надо торопиться. Весь следующий час  я, как взмыленная лошадь, носилась по квартире, накрывала стол, красилась,   укладывала волосы. Ровно в восемь я замерла у двери, поджидая Володечку. Ни одна фотомодель  в мире не могла в эту минуту сравниться со мной. Даже Водянова с ее неземной красотой. Уж  я постаралась. И потом: где они, эти худосочные модели, злобно грызущие капусту? Далеко-далеко! А я рядом. Не модель, но  из десятка не выкинешь. В духовке томится  блюдо со свининой. Хрусталь и фарфор красуются  на столе  в ожидании дорогого гостя. 

Минут двадцать я  нетерпеливо прислушивалась к шагам. Но за дверью стояла тишина. Я вышла на балкон:  махну ему рукой, когда увижу. Но двор был пуст, только детвора возилась у песочницы с Потькой и Мотькой. Я включила компьютер. Володечка был по-прежнему отключен, и ракушка все так же  светилась тревожным красным светом.

Я  торчала на балконе до девяти часов. Уже ясно было даже дебилу, что Володя не придет. Не придет! Но я все надеялась. А чего надеяться? Надо идти смывать макияж, убирать со стола посуду, отнести свинину Потьке и Мотьке и никогда, никогда в жизни! больше не есть эту любимую пищу портовых грузчиков. И вообще ничего не есть. Даже капустные листья. Заклеить рот пластырем и всю оставшуюся жизнь смотреть  в телевизоре "Кривое зеркало".

По двору, сгорбившись, пробежал зануда с третьего этажа.  Должно быть, в магазин ходил. Домовитый! Даже этому недотепе  я  не нужна. Впрочем, и он мне не нужен.  Но  Володечке я тоже не нужна. Как оказалось.  Поиграл - и бросил.  А все его слова о нежности, о любви - только слова. Пустые слова и не больше. "Приснись мне, пожалуйста!" Вот возьму и приснюсь! Представляю, какая там толчея в твоих снах, Володечка. Сколько женщин ты приглашал в свои сны, Володечка? И каждой говорил, что она - лучшая. Лучше всех-всех! Врал? Врал, Володечка, врал! Только зачем? Ну, почему? Почему мне так не везет?  Человек не должен быть один. Одиночество - это пожизненное заключение без суда и приговора.  Ну, кто и за что  приговорил меня к одиночеству? Кто и за что приговорил меня к твоей лжи, Володечка? Я подошла к зеркалу. Надо же! Все труды даром пропали!  А жаль. Как жаль. Из зеркала на меня смотрела грустными заплаканными глазами нарядная незнакомка. Нет, я не знаю этой дамы. Она из другой жизни. Из той счастливой жизни, где верно любят и не  лгут.  В моем зеркале живет толстая  тетка в байковом халате. И жить ей там до скончания века.

Неуверенный звонок прервал мои грустные размышления. С бьющимся сердцем я распахнула дверь.  На пороге опять стоял сосед. 

- О Боже! Да оставите вы меня в покое или нет? Уходите! Уходите! Мне сейчас не до вас!
 Все разочарование сегодняшнего несостоявшегося свидания и незадавшейся моей любви  хлынуло слезами, и я зарыдала. В голос. Подвывая и всхлипывая. 

Сосед откашлялся и, запинаясь, пробормотал:

- Моя жизнь по сравнению с вашим повидлом  - абсолютное дерьмо.

Я  растерянно утерла слезы и уставилась на него.

- Это ты?

- Это я, Мариш. Я! В сумке вино и цветы. И знаешь, давай уже что ли съедим  эту твою картошку со свининой.

Категория записи: Любовь и отношения

3 Апреля 2009 в 17:47

Грымза

  

В семье Елены Ивановны беда – сын женился. Не спросив благословения, женился. Просто привел в дом девчонку без роду без племени. Родителей у нее нет, живет с бабушкой. Нищета страшная. Можете себе представить – в этом месте своего рассказа Елена Ивановна всегда закатывает глаза, изображая смесь негодования с удивлением, - эта так называемая жена пришла к нам в дом с ОДНИМ  пакетиком, а в нем пара рваных трусов – и все! А мой Вадик – здесь Елена Ивановна  обязательно утирала слезы – он такой доверчивый, он такой возвышенный. Эта дрянь его женила на себе. Опоила, наверное.

 

Подружки Елены Ивановны сочувственно ахали и сокрушенно осуждали нравы современной молодежи. Получив моральную поддержку, Елена Ивановна вернулась домой в боевом настроении и с ходу объявила самозванке войну. Жестокую войну мелочных придирок. В этой изматывающей битве самолюбий женщины большие мастерицы. Общение с нежеланной невесткой свелось до минимума. В присутствии сына Елена Ивановна  с энтузиазмом вспоминала его школьных подружек, дочерей соседей и друзей, недвусмысленно намекая, какие возможности упустил ненаглядный Вадик, женившись так необдуманно. Когда же сын уходил на работу, Елена Ивановна   принималась за невестку. Кто же так моет полы! Чистый пол – это лицо женщины! Кто же так моет посуду! Чистая посуда – это лицо женщины! Кто же так стирает! Чистое белье – это лицо женщины! Когда семья садилась за стол, Елена Ивановна пускалась в пространные рассуждения о семейном счастье, которые неизменно  сводились к одной простой, как угол дома, мысли: женщина, не умеющая варить борщ, не достойна носить гордое звание жены. Под эти нравоучительные  рассуждения  неумелые борщи, приготовленные невесткой, как-то незаметно поедались.

 

Елена Ивановна  ежедневно проверяла комнату молодоженов: все ли там в порядке, протерта ли пыль, аккуратно ли сложены вещи Вадика в шкафу, нет ли дырочек на носках сына и если находила какой-то непорядок, устраивала истерику с хлопаньем дверей, поеданием сердечных лекарств и рыданиями, транслируемыми из своей спальни на всю квартиру. Надо признать, невестка безропотно исполняла любую прихоть свекрови, старалась угодить. Вставала раньше всех, ложилась – позже. Но Елене Ивановне этого было мало, ей нужно было, чтобы ненавистная девчонка ушла, оставила сына .

 

На день рождения невестки в гости пришла ее бабушка, принесла  букетик астр из собственного палисадника и любимые внучкины пирожки с капустой, только что испеченные, еще горячие. Бабушку полчаса держали на лестнице, пока невестка перемывала пол. Разве могут гости ходить по полу, который так отвратительно вымыт? Это же неприлично! И неприлично ходить в гости без приглашения. На робкие оправдания невестки, что бабушка – не гость, а родной человек, Елена Ивановна изумленно вскинула брови, что должно было означать полную неуместность разговора о каких-то родственных отношениях. Науку вскидывать брови Елена Ивановна освоила в совершенстве. Когда же дошла очередь до пирожков, Елена Ивановна заявила, что не может позволить сыну есть пирожки, приготовленные в антисанитарных условиях и просто напичканных бактериями и микробами. Бабушка сидела ни жива, ни мертва, невестка, опустив пылающее от стыда лицо, кусала губы, сдерживая слезы, а сын, выслушав рассуждения матери о смертельно опасных для его жизни пирожках, пристально глядя матери в глаза,  съел с десяток пирожков, глотая их почти нежеваными. Напрасно Елена Ивановна вскидывала брови и хваталась за сердце, на этот раз не сработало.

 

На следующий день обожаемый Вадик, забрав жену, ушел жить в неблагоустроенную хатку бабушки. Поначалу Елена Ивановна мстительно представляла, как встретит она неразумное дитя, когда, намыкавшись в приймах, сын вернется домой. Но время шло, а сын не возвращался. Не звонил, не приходил,   и – о, ужас! – не поздравил мать с днем рождения. Впервые в жизни не поздравил.

 

Елена Ивановна смертельно оскорбилась и замкнулась. Целыми днями, слоняясь по пустой квартире с правильно вымытыми полами и посудой, она мучительно думала, где совершила ошибку,   что в ее действиях было не так. Она же искренне хотела сыну добра, почему же он так подло с ней поступил? По ночам, ворочаясь от бессонницы, она  тихонько плакала, жалея себя и непутевого сына. Стороной до нее доходили слухи, что невестка родила дочь, вышла на работу в школу, а малышку доглядывает прабабушка.

 

Известие о том, что она стала бабушкой, вызвало в душе Елены Ивановны сумятицу чувств от острой ненависти  к постылой невестке, укравшей сына,   до болезненного любопытства – что же оно там родилось. Украдкой ей удалось посмотреть на внучку. В душе ее шевельнулась зависть, когда она увидела, как  прабабка  нянчит малышку. И тут же мелькнула мысль, как было бы хорошо, если бы у Вадика была другая жена, желанная. Как бы она, Елена Ивановна, любила и пестовала  внучечку! С того дня привычное чувство ненависти к невестке разгорелось с новой силой. Мерзавка не только забрала у Елены Ивановны единственного сына, но и лишила ее любимой внучки. А полюбить ребенка этой девки, так она называла теперь невестку, Елена Ивановна просто не могла. Это было выше ее сил.

 

От постоянных слез и раздирающих сердце дум Елена Ивановна заболела. Она даже ходила к гадалке и просила сделать на сына отворот, чтобы разлюбил он эту девку, одумался и вернулся домой. Гадалка деньги взяла, пообещала помочь, и Елена Ивановна с замиранием сердца стала ждать результата. Весть о том, что невестка умерла родами, застала ее врасплох. О таком замечательном разрешении проблемы она даже мечтать не смела. Теперь-то, наконец, Вадик вернется домой и найдет себе нормальную женщину. Он молод, он еще будет счастлив. Родившегося мальчика можно будет отдать на усыновление, а старшую девочку – в детский дом. Мужчине одному, без женщины, трудно воспитывать детей. Никто Вадика за это не осудит. Елена Ивановна ходила в приподнятом настроении, даже покрасила волосы в другой, эффектный, цвет и изменила прическу. Каждый день она ждала звонка сына, но он не объявлялся. До нее доходили слухи, что сын уж очень убивается по умершей жене. Дурачок! Наконец, устав ждать, Елена Ивановна отправилась за сыном сама. Домой она вернулась потрясенная. Сын встретил ее, как чужую, никак не мог взять в толк, о чем она говорит, и все переспрашивал, как  глухой: «В детский дом? Я не понял, ты предлагаешь отдать Ларочку в детский дом, а Петьку – чужим людям? Я, наверное, не понял…» В его взгляде было что-то такое, что Елена Ивановна почувствовала – разговора не получается. Домой она пришла совсем больная, долго сидела у стола, перебирая в памяти тягостные подробности разговора с сыном.

 

Потянулись тоскливые дни. Вечерами Елена Ивановна листала альбом с фотографиями. Вот Вадик в детском саду на утреннике, а вот он пошел в первый класс. Здесь он, первокурсник,   с ребятами из группы. Смеется беззаботно. А на этой фотографии… Стоп! А кто же это рядом с Вадиком? Елена Ивановна надела очки и присмотрелась. Вот она, разлучница. Стоит рядом с сыном. Улыбается, змея.  Вползла в семью, и радуется. Забывшись, Елена Ивановна продолжала думать о невестке как о живой, и все пыталась понять, чем эта невзрачная нищая девчонка взяла ее сына? Что он нашел в ней? Она с болезненным любопытством вглядывалась в простенькое девичье лицо. Ну, глаза большие, а нос – картошкой, волосенки жиденькие. Господи, да разве ж Вадику такую жену надо было!  

 

Дни шли за днями, складываясь в месяцы. Месяцы - в годы. А сын и не думал возвращаться. Елена Ивановна и плакала, и просила, и в церкви свечку ставила. Не помогло. Тогда, отчаявшись, Елена Ивановна стала умолять мертвую невестку отпустить сына. «Ну, сейчас-то, отдай его мне, - просила она слезно, вглядываясь в фотографию разлучницы, - зачем он тебе теперь-то? Отпусти!» Но не было ей ответа. Девочка на фотографии все также беззаботно улыбалась, словно знала какой-то секрет, неведомый Елене Ивановне.

 

Пошли годы. Елена Ивановна пожелтела, как-то усохла и часто болеет. Когда болезни отпускают,  она приходит на кладбище, где похоронена невестка,   и подолгу сидит на скамеечке у ее могилы, плачет, жалуется на сына, на замучившие  болячки, на бессонницу на то, как пусто и одиноко ей в большой, выдраенной до блеска квартире. Больше Елене Ивановне пожаловаться некому. Невестка с фотографии на памятнике смотрит куда-то вдаль с задумчивой улыбкой. А Елене Ивановне, кажется, что невестка ей сочувствует. Наплакавшись, Елена Ивановна, принимается полоть сорняки, поливает цветы и все говорит, говорит, пересказывая последние городские сплетни и новости. Потом достает нехитрую снедь,   не спеша обедает, и вновь за работу. Надо сирень обрезать, разрослась, анютины глазки пересадить. Так время в заботах и проходит. Управившись, Елена Ивановна собирается домой, крестится, кланяется памятнику.

 

- Ну, прощай, покуда, - со вздохом говорит она. И, помолчав, добавляет тихонько, - дочечка…

 

Категория записи: Семья и дети

16 Марта 2009 в 18:08

Затмевающий солнце

 После работы Витя Огурцов домой не спешил, заглянул в магазин, купил три бутылки пива, хамсички 200 граммов – и мухой домой. Надо было спешить, пока жена не вернулась. А то начнет пилить, на дощечки отдельные строгать:

- Непутевый ты, Огурцов! Навязался на мою голову, обалдуй проклятущий! - и так далее, и тому подобное.

А Вите обидно. Мужик он или нет в самом деле. Машка, конечно, баба неплохая, но никак ей не угодишь. И ест огурцов не так, и зубы у Огурцова не такие, и спит Огурцов неправильно. Нелегко! Совсем Витюня закручинился, только мысль о пиве душу и грела.

Дома, пока туда-сюда, - пивко в морозилку кинул, лучку порезал кружочками, рыбешку на тарелочке разложил, а сам на диван прилег минут на несколько, пока пиво до кондиции не дойдет. Но не вытерпел – откупорил бутылку и хотел по привычке отхлебнуть из горлышка.

А из бутылки вдруг как пыхнет дымом прямо в лицо, но не вонючим, а приятным, как в церкви. Витя аж зажмурился, а когда глаза открыл – ахнул: стоит на столе пышногрудая восточная красавица! Брови дугой! Штанишки прозрачные! Витю аж в жар бросило. А красавица со стола порхнула, в поклоне низком склонилась, ручки молитвенно сложила и говорит:

     - Приказывай, о повелитель!

      - Ты кто? - ошарашенно спросил Витя и на всякий случай ущипнул себя побольнее. Но видение не исчезло, а, соблазнительно вильнув бедрами, промолвило:

      - Я твоя раба. Приказывай, о господин!

       - Так-так...- растерянно сказал Витя, не зная, как вести себя дальше, и машинально открыл другую бутылку. Вновь кухню заволокло ароматным дымом , и на столе закивала кудрявой головкой вторая восточная красавица.

        - Приказывай, о повелитель! - хором сказали красавицы. Витя приосанился. Повелителем его еще ни разу никто не называл. Обалдуем, идиотом, гражданином Огурцовым, а вот повелителем...

         - А что вы умеете делать?

          - Вообще-то немного. Мы еще только учимся, нас сюда на практику послали. Ну, танец живота танцуем, пятки чешем, славим....

           - Во! - обрадовался Витя. - Это пойдет. Приказываю славить!

             - О, многомудрый, превосходящий своею мудростью наимудрейших! О. многохрабрый, превосходящий своею храбростью наихрабрейших!

Витя, закрыв глаза, упивался сладкой речью.

             - О, славный воин, грозный лев, наводящий ужас на врагов! - пели красавицы.

              - У Вити защекотало в носу. Никто никогда не говорил о нем так душевно, даже когда грамоту на работе вручали. Вите захотелось сделать что-нибудь хорошее и светлое. Жаль Машка не слышит...

              - О, ясная луна, затмевающая своим блеском солнце! О прекрасный Огурцов! Огурцов! Огурцов! Проснись, Огурцов!

Витя с трудом открыл глаза и испуганно огляделся. У дивана стояла жена и смотрела на него с презрением:

               - Дрыхнешь, паразит! Ведро не вынес, хлеба не купил!

Не отвечая, Витя кубарем скатился с дивана и ринулся к холодильнику. Дрожащими руками распахнул дверцу: три бутылки пива лежали в морозилке. Мгновенно Витька откупорил бутылки и, отшатнувшись на всякий случай, прикрыл глаза. Но ничего не произошло. Витя потряс бутылки и зачем-то в них подул. Пиво осталось пивом.

Жена презрительно наблюдала за его манипуляциями.

             - Злыдень! - сплюнула она в сердцах. - Алкаш проклятущий! Навязался на мою голову! Убоище бестолковое!

Витя Огурцов медленно опустился на стул и заплакал, раскачиваясь и постанывая, как от зубной боли. Ему было безумно жаль себя и того счастливого короткого сна, где он был многомудрым повелителем, затмевающим солнце.

 

Категория записи: Любовь и отношения